Зарождение афганского исламского фундаментализма

image

     1963—1973 годы в истории Афганистана были ознаменованы многими изменениями экономического, политического и социального характера. Пришедшее к власти в 1963 г. правительство Мухаммада Юсуфа, первого премьер-министра в истории страны, который не был членом королевской семьи, осуществило ряд важных преобразований, ускоривших развитие в стране капиталистических отношений и способствовавших активизации общественно-политической жизни.

     Упомянутые годы характеризовались подъемом политической активности населения, в первую очередь городского, определенной поддержкой широкими массами правительственных программ некоторых экономических и политических преобразований. Главным событием периода нахождения у власти правительства М. Юсуфа (1963—1965 гг.) явилось принятие новой Конституции. С политической и социальной точек зрения важными для страны были два положения Конституции: право на создание обществ и политических партий (но при усилении контроля правительства над общественно-политической деятельностью) и некоторое ограничение влияния мусульманских улемов (богословов и правоведов) в таких важнейших для мусульманской страны областях, как образование и судопроизводство, считавшихся основными сферами деятельности исламской религии и являвшихся главной опорой ее могущества и влияния.

     24 октября 1965 г. в столице состоялись массовые выступления, активную часть которых составляли студенты. Их участники требовали изменений в составе правительства, обвиняли ряд его членов в коррупции. Произошли столкновения с полицией, во время которых погибло несколько студентов Кабульского университета. Впоследствии представители афганской реакции обвиняли в организации   антиправительственных   выступлений   членов НДПА. Но обвинения абсурдны хотя бы потому, что правительство М. Юсуфа в целом проводило политику преобразований, объективно отвечающих интересам широких слоев населения и направленных на определенную демократизацию афганского общества, в парламент впервые было избрано несколько членов НДПА. Роль в этих событиях правых, реакционных сил, в том числе выступавших под исламскими лозунгами, еще ждет своих исследователей; подоплека этих событий входит в число тех многочисленных и темных табу, о которых нынешние афганские фундаменталисты предпочитают умалчивать.

     Не прекращающиеся антиправительственные демонстрации привели к отставке правительства М. Юсуфа. Новым премьер-министром стал М. X. Майваидваль. Немедленно после назначения он отправился в Кабульский университет (с черным платком на шее в знак траура в связи с гибелью студентов) и на встрече со студентами дал обещание, что лица, совершившие убийства, будут преданы суду. «Это произвело на студентов такое впечатление,— пишет фундаменталистский историк Ш. Н. Хакшенас,— что они в знак благодарности подняли его (премьер-министра) на плечи, а отовсюду неслись возгласы „Да здравствует Майваидваль!» Вообще в отсталых странах даже в университетах и медресе мужчины и юноши более подвержены эмоциям, чем логике … не следует придавать значения ни их критике и ругани, ни их восхвалениям. Как часто они закипают от любого импульса, по через мгновение весь этот огонь утихает. Горячий прием студентами Майвандваля тоже закончился тем, что через несколько дней… вновь начались уличные демонстрации».

     Вскоре после событий в октябре 1965 г. университет превратился в общепризнанный неофициальный центр политической активности молодых представителей различных слоев населения Афганистана, стал барометром общественно-политических настроений. К тому времени в нем уже появились различные, преимущественно радикальные, идейные течения, шла борьба за влияние на умы молодежи. Практически все течения находились в оппозиции к существовавшим в стране порядкам, но тяготели к противоположным полюсам: к радикальным левому и правому.

     До упомянутых событий основная борьба между течениями велась в стенах университета и главным образом вокруг внутренних университетских проблем. Постепенно студенты университета выходят на улицу, и еще долго, вплоть до антимонархического переворота М. Дауда 16—17 июля 1973 г., студенчество будет выразителем, более того, политическим авангардом различных радикальных политических течений. Это явление характерно но только для Афганистана.

     «Жизнь современного восточного университета,— справедливо отмечается в одной из советских востоковедческих работ,— связана с самыми острыми проблемами социально-культурной действительности стран Востока. Университеты оказываются источниками не только политической, социальной и культурной институционализации, но и внутреннего брожения».

     Кабульский университет не был исключением. Борьба между радикальными течениями в университете не всегда была мирной. Бывший студент политехнического факультета Кабульского университета, ныне лидер фундаменталистской Исламской партии Афганистана (ИПА) Г. Хекматьяр следующим образом оценивает значение политических схваток и столкновений в Кабульском университете в те годы: «Я считаю, что эти столкновения в университете сыграли очень большую роль в истории исламского джихада в Афганистане. Сегодняшний этап борьбы — это результат тех столкновений. Несмотря на то что эти столкновения оканчивались арестом многих братьев — участников движения, слухи о них, подобно взрыв пой волне, распространялись среди парода, и все видели, что в университете существуют две группировки — мусульмане и коммунисты… В ходе столкновений были убитые и раненые, и все это привлекало к исламскому движению симпатии народа».

     Почему именно студенческое движение заявило о себе столь громко? Дело в том, что на политическую сцену вышли мелкая буржуазия и среднегородские слои. Крестьянство все еще оставалось глухим к социальным переменам. Что касается рабочего класса, то он был малочисленным и не являлся самостоятельной политической силой.


Поиск невидимки

Категория - К истории современного афганского исламского фундаментализма (1963 - 1975 гг.)